Город спит под одеялом из мокрого асфальта,

Город спит под одеялом из мокрого асфальта,
А я листаю нашу переписку до инфаркта.
Помнишь, клялись друг другу вечно быть рядом?
Теперь твой голос для меня — отрава, горькая помада.
Мы строили замок из песка у той старой пристани,
Искали счастье там, где его отродясь не было найдено.
Ты говорила: «Милый, всё это просто паника»,
Но между нами выросла бетонная стена без динамика.
Я помню запах твоих волос, дешёвый ванильный спрей,
Как прятал дрожь в руках, когда ты становилась смелей.
Куртка пахнет табаком и твоими духами «Chance»,
В моей груди теперь не сердце, а сквозной фрактал.
Я отдал тебе все ключи, открыл каждую дверь,
Но ты ушла, оставив лишь сквозняк потерь.

(Припев)
Неоновый дождь стирает твои следы,
Из памяти выкинуть тебя — ну куда мне? Увы.
Ты была моим летом посреди февраля,
А теперь этот холод внутри — моя земля.
Рваные струны, фальшивый минор,
Наше кино закончилось, гаснет экран с этих пор.
Прости, если сможешь. Я сам себя сжёг дотла.
Любовь оказалась просто игрой стекла.

(Куплет 2)
Знаешь, я пытался залить эту дыру алкоголем,
Пытался заменить тебя кем-то другим, знаешь, вышел голым.
Их глаза пустые, в них нет того самого шторма,
Что топил корабли в твоих зрачках, сбивая с нормы.
Я пишу эти строки на экране разбитого телефона,
Моя студия — кухня, прокуренная до бетона.
Каждый трек про тебя — это вскрытие старых ран,
Я думал, что творец, но оказался просто наркоман.
Подсел на твой образ, на то, как смеёшься над моими шутками,
А теперь тишина давит бетонными сутками.
Друзья говорят: «Забей, найди другую».
Они не знают, что я по-прежнему тобой дышу вслепую.
Скрип паркета в пустой квартире звучит как приговор,
Я проиграл этот внутренний, самый жестокий спор.