Вторая кожа

Куплет 1
Вода не смыла его имя.
Огонь не взял его до конца.
И тьма сказала:
«Вернись туда, где началась вина».
Он сделал зло в холодный час,
Когда молчали все иконы.
И город отвернул глаза,
Как будто страх сильнее стона.
Он нес в себе чужую боль,
Как камень под ребром живую.
И каждую глухую ночь
Слышал тишину чужую.
Припев
Он бежал к воде, как к забытью,
Но вода не стала милосердной.
Только черный круг сомкнулся вдруг,
И открылся ниже мир безверный.
Припев
Там, где пламя не дает сгореть,
Там, где крик становится законом,
Ему сказали: «Хочешь умереть?
Нет. Ты должен стать ее уроком».
Ты вернешься в мир без имени,
Без своей тяжелой власти.
Будешь плакать новорожденным,
В той судьбе, где должен каяться.
Куплет 2
В аду не били и не жгли сильней,
Чем память, вставшая напротив.
Ему показывали каждый день,
Как рушатся чужие годы.
Он видел дом, где свет погас,
Он видел жизнь, разбитую на части.
И голос из глубин сказал:
«Теперь не смерть тебе расплата».
Припев
Не уйти, не спрятать след,
Не назвать грехи туманом.
Если хочешь новый свет,
Стань беззащитным, слабым, малым.
Припев
Там, где пламя не дает сгореть,
Там, где крик становится законом,
Ему сказали: «Хочешь умереть?
Нет. Ты должен стать ее уроком».
Ты вернешься в мир без имени,
Без своей тяжелой власти.
Будешь плакать новорожденным,
В той судьбе, где должен каяться.
Куплет
И вот рассвет.
Больничный свет.
Женщина дышит еле-еле.
В ее руках дрожит ответ,
Который дали под землей.
Он не помнит слов и лиц,
Но сердце бьется виновато.
В первый раз он без границ,
Без силы, права и возврата.
Припев
Там, где пламя не дает забыть,
Где душа ломается без звука,
Он просил исчезнуть, не простить,
Но ему вернули форму стука.
Сердце бьется в новой тишине,
Жизнь дала не милость, а расплату.
Он вернулся к ней не как судья,
А как тот, кто должен быть распятой
Каждой слезой,
Каждым днем,
Каждым страхом,
Каждым сном.
Припев
Вода не смыла его имя.
Огонь не взял его до конца.
И в маленьком сердце
Началась большая вина.