В том году, когда Крым разорвал цепи,

В том году, когда Крым разорвал цепи,
Мы стояли на море, вдыхая ветер.
Никто не знал, что будет с нами,
Я просто взял билет — с другими.

Там, за проливом, моя Россия,
Просто земля, что была так близка.
Я не герой, я — один из многих,
Кто не стерпел этих «громких» слов.



Я в четырнадцатом  ушёл мальчишкой на бой,
В 23-м вернулся — и снова я здесь.
Где тот, кто мечтал о спокойной судьбе?
Его заменил оператор, что метит по цели.

Я старый солдат, но я вижу свежо,
Где ляжет снаряд, чтоб упали знамёна.
Я помню все лица, что были до нас,
И я не прощаю — я жду лишь цели.




Краснодон, Луганск — там земля в запахе гари,
Но мы не дрожали, мы знали удары.
А потом был дом, был свадебный вальс,
Дочь на руках — и забытый газ.

Я думал, что всё, я списал свой билет,
В саду посадил деревце в свет.
И дочкин смех — он громче снарядов,
Но в 23-м — снова вернулся туда.



Я в четырнадцатом ушел мальчишкой на бой,
В 23-м вернулся — и снова я здесь.
Где тот, кто мечтал о спокойной судьбе?
Его заменил оператор, что метит по цели.

Я старый солдат, но я вижу свежо,
Где ляжет снаряд, чтоб упали знамёна.
Я помню все лица, что были до нас,
И я не прощаю — я жду лишь цели.




Смотрю на маршрут через квадрокоптер,
Они там внизу — как муравьи в копоть.
Я не горжусь, это просто работа,
Для безопасности нашего счета.

Здесь каждый удар — это чей-то отбой,
Но я защищаю свой дом, свой покой.
Чтоб дочь моя знала: когда она спит,
Есть кто-то, кто линии эти хранит.




Я в четырнадцатом  ушёл мальчишкой на бой,
В 23-м вернулся — и снова я здесь.
Где тот, кто мечтал о спокойной судьбе?
Его заменил оператор, что метит по цели.

Я старый солдат, но я вижу свежо,
Где ляжет снаряд, чтоб упали знамёна.
Я помню все лица, что были до нас,
И я не прощаю — я жду лишь цели.



Я вернусь, я всегда возвращался,
К дому, где сад и окно зажигалось.
Но если опять закричат провода,
Я возьму свой прицел — и снова туда.