За воротами части номер пятьдесят восемь тысяч девятьсот двадцать два,

За воротами части номер пятьдесят восемь тысяч девятьсот двадцать два,
Командир там Шрейдер, не доходит до него мольба.
Мы не знаем ничего, только боль в груди горит,
Список "без вести" растёт, и сердце не молчит.
Где вы, наши дорогие? Где искать вас, где?
Позывные словно камни в этой горькой, злой беде.


Гера, Журавль, Кавдос, Шахтер, Махони,
Русич, Самокат, Табу, Уголек, пойми,
Дага, Башкир, Филин, Стрел, Горец, Экшен, Жук,
Карим, Сорванец, Крепость, Фишер, милый друг.
Богомол, Гидра, Механик, Боба, Череп, Перс,
Кот, Малец, Кинг, Михаил, Мияги, Чистый, весь
Список наш, Вольник, Увар, Москва, и Ха-ха где-то там.
Где же вы, родные? Не найти по номерам.


Замполиты молчат, блокируют, уходят от ответа,
Ни письма, ни весточки, ни капли, ни просвета.
Мы стучимся в двери, в стены, в тишину,
Но никто не скажет правду, не развеет пелену.
Самая ужасная часть, о которой говорят в тоске,
Имена, как эхо, бьются в каждой женской строчке.


Мы не знаем, где вы, среди снега или тьмы,
Только вера нас спасает, только ждем, хотя без сил.
Где найти ответ на муку? Кто нам сможет дать ответ?
В этой части, где нет правды, где на годы стерся след.


Гера, Журавль, Кавдос, Шахтер, Махони,
Русич, Самокат, Табу, Уголек, пойми,
Дага, Башкир, Филин, Стрел, Горец, Экшен, Жук,
Карим, Сорванец, Крепость, Фишер, милый друг.
Богомол, Гидра, Механик, Боба, Череп, Перс,
Кот, Малец, Кинг, Михаил, Мияги, Чистый, весь
Список наш, Вольник, Увар, Москва, и Ха-ха где-то там.
Где же вы, родные? Не найти по номерам.


Мы будем ждать и верить, и искать сквозь облака,
Пока не станет ясно, что вернетесь вы пока.
Список "без вести" — не приговор, а крик,
Пока живем и помним, не смолкает этот миг.