В чаще, где не видно звезд,

‎В чаще, где не видно звезд,
‎Где туман, как белый мост,
‎Там, где папоротник спит,
‎Тонкий силуэт скользит.
‎Невесомая, как дым,
‎С сердцем вечно молодым,
‎В платье из коры и трав,
‎Позабыв людской устав.
‎Слышишь, ветер шепчет в кронах старых сосен?
‎Это нимфа кружит, и роса — как проседь.
‎В волосах — цветенье дикой белены,
‎Мы в её владеньях только пленники весны.
‎Зазвучит свирелью непроглядной ночи,
‎Каждому, кто встретит, голову заморочит.
‎Только не губи ты, дай мне просто быть,
‎Лес вокруг живой, его не победить.
‎На запястьях — нити лоз,
‎Взгляд прозрачнее, чем плес.
‎Не ходи на бурелом
‎В час, когда грохочет гром.
‎Спрячет в омут, уведет,
‎Хоровод с русалкой вьет.
‎Стережет лесной покой
‎Тонкой, призрачной рукой.
‎Слышишь, ветер шепчет в кронах старых сосен?
‎Это нимфа кружит, и роса — как проседь.
‎В волосах — цветенье дикой белены,
‎Мы в её владеньях только пленники весны.
‎Зазвучит свирелью непроглядной ночи,
‎Каждому, кто встретит, голову заморочит.
‎Только не губи ты, дай мне просто быть,
‎Лес вокруг живой, его не победить.
‎Шаги легки, как пух совы,
‎Ступает по ковру листвы.
‎Хранит секреты древних плит,
‎И время здесь иначе спит.
‎Мох серебрится на камнях,
‎Тоска зеленая в корнях...
‎Там, где мох седеет...
‎Там... где... мох... седеет...