Этот чек, как забытый нами эскиз,

Этот чек, как забытый нами эскиз,
Истлевший временем, укрытый пеленою.
Он хранит дыхание тех мимолетных встреч,
Когда душа к тебе стремилась, как к родному.
И этот рингтон, мой тихий, одинокий пульс,
Не сможет донести до тебя мою смятенность.
В безмолвном городе, где каждый дом – как склеп,
Я слышу лишь твое, мое забытое, эхо.


В мусорке чек порванный, наверное мокрый, но не от дождя, а от следов былой игры. Забытый мной не специально, моя вина,
Ты сейчас на беззвучном, наша линия тонка. Достучаться можешь на раз два — но твой рингтон мой дом не услышит никогда.
Улицы прежние, но путь уже иной,
Воспоминания с теплом тянутся за мной.
Твоя улыбка как тень прошедших дней,
В мыслях отголосок всех последних фраз,
Чувства не вернуть, но и не забыть
Пока твой образ мерцает в далёкой темноте.

И каждый шаг, что делаю теперь,
Ведет меня туда, где ты, но не ко мне.
Осколки смеха, эхо тихих слов,
Плывут по ветру, как осенний лист.
Я знаю, время лечит, говорят,
Но раны эти, кажется, не заживут.
И в этой тишине, где только я и ночь,
Ищу твой след, но нахожу лишь пустоту.
Этот чек, как забытый нами эскиз,
Истлевший временем, укрытый пеленою.
Он хранит дыхание тех мимолетных встреч,
Когда душа к тебе стремилась, как к родному.
И этот рингтон, мой тихий, одинокий пульс,
Не сможет донести до тебя мою смятенность.
В безмолвном городе, где каждый дом – как склеп,
Я слышу лишь твое, мое забытое, эхо.