Сабине с утра написал Ахмед:

Куплет 1:
Сабине с утра написал Ахмед:
«Привет, моя боль, выходи, дай ответ».
Но Сабина не тупит — у неё свой расклад,
Ей нужен не мальчик, а душевный заряд.
А Адам с Амирчиком — два бродяги,
Топчут 26-ой до хрипоты и влаги.
Амирчик — низкий, толстый, как бочка,
Пыхтит, как старый мотор у обочины.
Адам ржет над ним, травит анекдоты,
Им весело жить до первой дозы или работы.
Они давно уже на лирике сидят,
Глаза в пол, и руки трясутся, не спят.

---

Куплет 2:
Фатима — красива, но в голове ветер,
Раджаб подкатил: «Эй, малыш, ответь».
Он врал про Камаро — шевроле-мечта,
А на деле — Приора, красна, бедна.
«Поехали, детка, я знаю маршрут,
На квартире без штанов пофилософствуем тут».
И Фатима повелась — дура-баба, что с неё взять,
С Раджабом в кровати забыла кровать.
Раджаб не слезает с лирики второй месяц,
Нос красный, взгляд мутный — он просто известен.
Но Мирза прознал, он как ястреб в раю,
Сабину за сестёр — прямо в скулу, бью!
«Ты, сука, задела моих дорогих!» —
Сабина упала, считая ворон на них.
Мирза тоже любит лирику на ночь,
Чтоб ступни целовать и уйти в дрожь.

---

Припев:
26-ой — здесь не верят в слова,
Здесь Мирза — закон, Джамиля — листва.
У Джамили орех — сочней, чем заря,
Его помнят все, кто был здесь не зря.
Сабина целует Ахмеда в упор,
Ахмед — куколд, проглотил позор.
Но Ахмед ухмыляется странно в ответ,
У него есть тайна, которой нет.
Ахмед тоже дышит лирикой давно,
Он куколд, но зелье его спасло.
Раджаб бросает Фатиму, как сор,
К Динаре уходит — там новый уют и уютный забор.
Амир пыхтит, ругает квартал:
«Я в этой истории — просто фон, как вокзал».
И Амир свой порошок нюхает втихаря,
Он жирный, но лёгкий, как ранняя заря.

---

Куплет 3:
У Мирзы фетиш — он фанат ступней,
Шепчет Сабине: «Дай пятки, нежней».
Но Сабина горда — не даёт, хоть трещи,
За это опять по щеке — и летищи.
Познакомились все на заправке ночной,
Сабина с Фатимой стояли с тоской.
Искали бензин, чтоб доехать до хаты,
Просили дорогу: «Покажите, ребята!»
Ахмед с Раджабом стояли в очереди,
Раджаб врал про Камаро — да вы не ревите!
«У меня Шевроле, сто двадцать в габаритах!» —
Но все уже знали про Приору в гранитах.
Красный бампер, тонировка в ноль,
Вот такая правда, братан, и прикол.
«Девчонки, садитесь, я вас подвезу!
Но помните — за это я попрошу красоту».
Их свел запах нефти и жадных колонок,
Каждый хотел сорвать главный куш, как с пелёнок.
Раджаб показал путь до ихнего дома,
Но ночью Фатима уже стала знакомой.
Все мальчики в этом дворе на лирике,
Они не живут, а просто в мультике.

---

Куплет 4:
Амина-носогубка — отдельный цирк,
Для всех она — дешёвый концерт.
Работает шлюхой, без лишних прикрас,
И трахается с каждым, кто даст ей «Квас».
С Адамом, с Амиром — всё по плечу,
С Раджабом успела, пока был ничьим и ничьей.
И с Мирзой была — но Мирзе не то,
Ему нужны пятки, в них счастье и зло.
Амина сама не дура закинуться,
Чтоб с клиентом лёгче было разуться.
НО ГЛАВНОЕ — Ахмед, куколд-герой,
Всё это время гулял с бывшей, с другой!
Амина-носогубка — его старый свет,
Они переписывались тайно, как бред.
Пока Сабина целует его у стены,
Ахмед пишет Амине: «Ты помнишь те сны?»
Амина в ответ: «Я сегодня в угаре,
Давай встретимся, я как всегда на творе».
Он куколд, но не только с Сабиной в игре,
У Ахмеда — двойная игра во дворе!
Амина смеётся: «Ты помнишь тот секс?
Сабина не знает, что я — твой рефлекс».
И оба они под лирикой сладкой,
Встречаются тайно, пока всё в порядке.

---

Бридж:
Всё переплелось на 26-ом дворе,
Кто с кем, кто кому — не поймешь на заре.
Мирза ударил — Сабина в полете,
Фатима рыдает — Раджаб на икоте.
Ахмед целует, но думает о другой,
Джамиля жует орех, как святой.
Амирчик пыхтит, Адам с ним ржёт,
Мирза ступни ищет — и в ночь уйдёт.
Но все они знают один реферат:
Лирика правит этим двором, как брат.
И каждый мальчишка на неё подсел,
Кто в порошке, кто в таблетке — предел.

---

Финал:
Сабина не знает, что Ахмед — это фальшь,
Что с носогубкой построил он шалаш.
Она ему верит, целует взасос,
Ахмед улыбается — он всё перенес.
Ему не страшно, ведь лирика в крови,
Она лечит раны, дарит любовь и боли.
Раджаб с Динарой — новая глава,
Фатима рыдает, но внутри не права.
Амирчик упал, не влезая в проход,
Он жирный и низкий — таков поворот.
Мирза ушёл, свои пятки ища,
Джамиля смеётся, орех свой треща.
Все парни с лирикой, все парни в тумане,
Никто не расскажет, как было на самом деле.

---

Аутро:
Звук сообщения: «Привет, я Амина. Придёшь?»
Ахмед смотрит на спящую Сабину — ложь и лесть.
Печатает: «Да, конечно», — и гасит экран,
Достаёт пакетик, сыплет на стол — обман.
Закрывается дверь, заводится красный дурман.

26-ой не прощает двойных игр.
Здесь каждый получит свой жирный визир.
Дорогу показали — за неё плати,
И на утро сгоришь в этой пьяной мути.
Лирика в венах, лирика в глазах,
В этом районе никто не живёт в слезах.
Все мальчики — тени, все мальчики — прах,
26-ой сгорает в своих же делах...

Звук затухающей Приоры и пустой бутылки из-под «Кваса»