Я родился там, где зима — не сезон, а образ жизни,

Куплет 1:
Я родился там, где зима — не сезон, а образ жизни,
Где дети курят в подъезде, а мамы плачут в квартире.
Город — как забытый сон, как ошибка в системе,
Усолье-Сибирское — и никто не знает, где это.

Мы — пацаны с промзоны, с шрамами на руках,
С прошлым, как тюрьма, и будущим, как вата.
Школа — провал, работа — обман,
Остались улицы, дым, **и «как прожить до утра».

Мама говорила: «Уезжай» —
Я кивнул, но остался, потому что это — мой дом,
Даже если он разваливается, даже если в нём нет света.

Припев:
Усолье-Сибирское, город в тени,
Где люди — как тени, где нет ни огня, ни весны.
Мы не просим спасения, мы не ждём чуда,
Мы просто идём, потому что всё ещё дышим.
Здесь каждый — сам по себе,
Но всё равно — мы одна семья:
Пацаны с района, с кровью в венах, с болью в глазах,
С мечтой, которую никто не назовёт вслух.

Куплет 2:
Мы бегали по рельсам, как дураки, как призраки,
С бутылкой пива, с ножом, с мыслью: «А вдруг — не выживу?»
Полиция гоняла — мы в подвал, как крысы,
Но не сдались, потому что сдаваться — это не про нас.

Серёга сгорел в девяносто девятом,
Витька — в колонии, Лёха — в клиннике,
Я — последний, кто ещё на связи,
Пишу строки, как послание, которое никто не прочтёт.

Но если услышишь — знай:
Мы были, мы жили, мы не сломались,
Даже если мир нас забыл, даже если нас нет на карте.

Припев:
Усолье-Сибирское, город в тени,
Где люди — как тени, где нет ни огня, ни весны.
Мы не просим спасения, мы не ждём чуда,
Мы просто идём, потому что всё ещё дышим.
Здесь каждый — сам по себе,
Но всё равно — мы одна семья:
Пацаны с района, с кровью в венах, с болью в глазах,
С мечтой, которую никто не назовёт вслух.

Бридж:
Если однажды ты проедешь по трассе,
И увидишь табличку: «Усолье-Сибирское»,
Не смейся.
Не жми газ.
Остановись.
Послушай.
Там, за забором, за подъездом, за туманом —
Кто-то дышит, кто-то помнит, кто-то ещё борется.

Финал (шёпот, на фоне звука поезда):
Мы — не миф, мы — реальность,
Мы — не жертвы, мы — выжившие,
Мы — Усолье,
Мы — район,
Мы — пацаны,
Мы — здесь.