Папка

(Интро)
Йо, слушай…
Это история не про понты, не про успех,
Это про то, как время стирает обиды и грех.
Четырнадцать лет… весна… тишина в квартире,
А в сердце — вопросы, что рвали на части в эфире.

(Куплет 1)
Той весною мне было четырнадцать ровно,
Без отца мы вдвоём с мамой жили скромно.
Я в тетрадке уроки выводил на столе,
А судьба уже кружила где‑то в полумраке, в тени.
И тут звонок в дверь — звук, что меняет маршрут,
Мамы нет, я один, нервы натянуты тут.
Открываю — на пороге стоит взрослый дядя,
Молчит, смотрит, будто знает все мои тайны заранее.
Я бросаю: «Вам кого?» — а он не отвечает,
Только взгляд этот тяжёлый душу насквозь прожигает.
И вдруг я теряю дыхание, мир замирает,
Словно кадры из старого альбома оживают.

(Припев)
Папка… слово само сорвалось с губ,
Папка… и всё, других слов уже нет, не будет.
Папка… жизнь будто очнулась от сна,
Неужели тебя возвратила мне эта весна?
Папка… столько лет тишины и обид,
А сейчас только сердце стучит, стучит, стучит.

(Куплет 2)
Сколько раз я эту встречу в голове рисовал,
Готовил фразы, чтоб ударить прямо в лоб, без прикрас.
«Не отец ты мне вовсе», — я шептал в темноте,
«Где ты был, когда нам было тяжело на земле?»
Сколько ночей мама плакала, пряча слёзы в подушку,
А днём — в работе, в нервах, глотая эту пустоту.
Дворы и улицы пытались меня воспитать,
Тянули в тёмные углы, хотели сломать.
Говорили маме: «Ребёнок не из полноценной семьи,
Ему место в колонии, а не среди нас, пойми».
Но я знал, что семья — это не штамп в паспорте,
Это мама, что не спала, что боролась за нас до конца.

(Бридж)
Эй, вы! Хватит судить по обложке и слухам,
Семья была полноценной, просто с дырой посередине.
Просто ты задержался, потерялся где‑то в пути,
А теперь я висну на шее, и мне хочется просто дышать.
Язык онемел, все заготовленные фразы сгорели,
Остались только слёзы, что по щекам побежали.

(Куплет 3)
Сколько раз хотел сказать всё легко и жёстко,
Но язык онемел, как будто током ударило резко.
И вместо обвинений — к щетине щекой,
И только одно слово: «Папка», — и всё, точка.
Все эти проступки, все косые взгляды и сплетни,
Все «должен быть в колонии» — словно тени.
Я забыл, как судил тебя строго, без права на оправдание,
Теперь вижу только усталость в твоих глазах, в твоём молчании.

(Припев)
Папка… слово само сорвалось с губ,
Папка… и всё, других слов уже нет, не будет.
Папка… жизнь будто очнулась от сна,
Неужели тебя возвратила мне эта весна?
Папка… пусть разлука уходит навсегда,
Как зима уступает весне — без следа.

(Аутро)
Всё, что было, — прошло, как проходит зима,
Уступая весне колобродить, жить, мечтать.
Ты теперь с нами, и эта разлука сама
Навсегда, навсегда пусть уходит, я клянусь, брат.
Навсегда…
Йо.