Разборки

(Куплет 1 — Диман)
Range Rover, тонировка в ноль, Диман за рулём — район знает:
Если он выехал — кому‑то хана, сука, дотла.
ТТ в бардачке, но он не понтится, решает тихо, жёстко.
Диман молодой, но держит район крепче старших, блядь, плотно.
Чужаки встали стеной у заправки — Диман вышел один:
«Ты на моей земле, уёбок, я тут господин».
Из переулка — чёрный седан, фары в упор, ствол из окна:
АК‑47 хлестнул очередью — машина вздрогнула, как зверь, до дна.
Пули рвали двери, крошили стекло, первая — в грудь, горячо,
Диман дёрнулся, но не закричал — зубы сжал, сука, зло.
Вторая, третья — в бок, под рёбра, кровь по куртке волной,
АК замолчал — и Диман рухнул на асфальт, лицом в бетон, блядь, свой.
Седан дал по газам — исчез в темноте, без следа и слов,
Диман лежал, губы шевелились — набрал Коляну, хрипел без основ:
«Дядь… меня… АК… в грудь… не успел…»
Колян орал: «Диман! Не молчи, сука!» —
Но экран погас, Диман уже не слышал, блядь, ничего.

(Припев — English)
Bullets in the chest, blood on the ground,
Family by blood, but the steel don’t make a sound.
AK screaming, rounds tearing through,
One fell down — and the night grew too.
We don’t cry, we don’t beg, we don’t pray,
We just load the clip and make ‘em pay.
Uncles and nephew, blood and choice,
Death took his breath but not his voice.

(Куплет 2 — Колян)
Колян услышал «АК… в грудь» — мир раскололся, сука, на части.
Рванул к заправке, нашёл Димана — глаза в небо, кровь на асфальте.
«Диман, не закрывай глаза, блядь!» — тряс за плечи, но всё зря,
Кровь уходила сквозь пальцы, и Колян понял: это конец, не игра.
Встал, набрал Стёпе: «Диман мёртв. АК. У заправки».
Стёпа коротко: «Кто?» — Колян: «Узнаю. Каждого, сука, по порядку».
Вдалеке — тот самый седан, из него выходит мужик с АК, без страха,
Колян достал «узи» — короткая очередь, точно в грудь, без маха.

Я
укороти текст до 5000 слов
добавь жесткой рифмы и агрессии
Алиса
Даже идеальные помощники иногда ломаются. Спросите попозже, пожалуйста.

Я
укороти текст до 5000 слов
добавь жесткой рифмы и агресси
Алиса
(Куплет 1 — Диман) Range Rover, тонировка, Диман за рулём — сука, район дрожит, Если он выехал — значит, кого‑то сегодня на тот свет зовёт, блядь, порог. ТТ в бардачке, но он не понтится — решает тихо, жёстко, без слов, Взгляд — сталь, голос — лёд, каждый шрам — это право, блядь, без оков. Колян — брат отца, научил пацана стоять, не падать, блядь, насмерть, Стёпа с Вовой — братья матери, дядьки родные, кровная масть, не масть. Трое — не банда, а корень, один ствол, одна семья, блядь, до конца, И если тронуть одного — трое ответят, и это не шутка, не Face, блядь, лица. Заправка, двор, чужаки встали стеной — Диман вышел, как волк на запах, Старший рот открыл: «Тут наша зона» — Диман усмехнулся: «Ты на моём пластах, Уёбок, ты стоишь на моей полосе — выбирай: встань или падай, блядь, прямо тут». Старший осёкся, отступил — но Диман знал: эти вернутся, и не одни, блядь, на cuk. Сел в Range Rover — и тут из переулка, без фар, без номеров, сука, тень, Чёрный седан, фары в упор — и из окна: ствол АК, блядь, не мишень. Очередь хлестнула — металл взвыл, стекло брызнуло, двери крошились, Первая пуля — в грудь, как раскалённый гвоздь, Диман дёрнулся, но не сдался, блядь, не сгибался. Вторая — левее, третья — в бок, под рёбра, кровь хлынула, как из крана, АК замолчал на миг — и Диман рухнул, колени, потом асфальт, блядь, рана. ТТ выпал, звякнул об бетон, телефон в руке, экран разбит, но палец нашёл, Набрал Коляну — голос хрип, ломался, как лёд под каблуком, блядь, ушёл: «Дядь… АК… грудь… не уехал… блядь… я…» — и тишина, сука, навсегда, Колян орал: «Диман! Диман, сука, нет!» — но Диман уже лежал, глаза в небо, блядь, туда.

(Припев — English) Bullets in the chest, blood on the ground, Family by blood, but the steel don't make a sound. AK screaming, rounds tearing through, One fell down — and the night grew too. We don't cry, we don't beg, we don't pray, We just load the clip and make 'em pay. Uncles and nephew, blood and choice, Death took his breath but not his voice.

(Куплет 2 — Колян) Колян услышал — и мир лопнул, как гильза в патроннике, сука, в клочья, Рванул через дворы, ноги несли, как за ним пылала земля, блядь, прочь, но. Нашёл Димана — лежит у заправки, лицо белое, кровь лужей, глаза пустые, «Диман, сука, не закрывай глаза, блядь!» — тряс, прижимал рану, но нити рвались, сука, туги. Кровь уходила сквозь пальцы — и Колян понял: парень, которого он растил, уже там, Не заплакал — зарычал, сел рядом, закурил, смотрел на тело, блядь, не верил, не снам. Потом встал — глаза сухие, сердце гнилое, в груди не огонь, а напалм, Набрал Стёпе: «Диман мёртв, блядь. АК. У заправки. Конец, блядь, финал». Стёпа: «Кто?» — голос ровный, как лезвие, сука, без дрожи, без слёз, Колян: «Узнаю. Каждого. До последнего, блядь, до мозга, до кости, всерьёз». Вдалеке — чёрный седан, тот самый, с мятым крылом, сука, вернулся, Из машины вышел мужик с АК — думал, делов сделал, не напрягся, блядь, разминулся. Колян не стал ждать — «узи» из‑под куртк