Свет софитов ложится на сцену несмело,

Свет софитов ложится на сцену несмело,
Эрик делает шаг — гордо, твердо и смело.
В каждом жесте его — эхо древних вершин,
Он танцует, как будто остался один.
А за ним, словно тень, грациозно и чисто,
Лилит кружится в танце легко и лучисто.
В их руках оживает история предков,
В их глазах — свет надежды, зажженный так метко.

Эрик и Лилит, словно ветер в горах,
В армянских нарядах, в красивых мирах.
«Ari, parir!» — зовет их мелодия ввысь,
В танце любви их сердца сплелись.
«Apreq, im sireli» — звучит в тишине,
Они дарят радость тебе и мне.


Эрик держит ритм, каждый выпад — как бой,
Он ведет этот танец, он стал сам собой.
А Лилит, словно пламя, взлетает над залом,
Став для всех самым ярким, прекрасным началом.
«Ax, inch geghecik e» — шепчут в толпе,
Словно сказка ожила на этой тропе.
Движения рук — как полет журавлей,
Нет в целом мире детей их милей.


Музыка льется, как горный ручей,
Стало в зале от них в сто раз светлей.
Эрик поклонится — сдержан и строг,
Лилит улыбнется, пройдя свой порог.
«Jan-jan, parerov» — звучит дудук вдалеке,
Счастье танцует в их легкой руке.
Они воплощение гордой души,
В этом танце они так глубоко хороши.

Эрик и Лилит, словно ветер в горах,
В армянских нарядах, в красивых мирах.
«Ari, parir!» — зовет их мелодия ввысь,
В танце любви их сердца сплелись.
«Apreq, im sireli» — звучит в тишине,
Они дарят радость тебе и мне.

Пусть годы летят, как быстрые птицы,
Но в танце хранят они эти страницы.
Традиции предков, язык их сердец,
Эрик и Лилит — каждой сказки венец.
«Siro patmutyun» — в движеньях простых,
Больше нет в мире детей золотых.

Затихает дудук, танец близится к краю,
Я на них, замирая, влюбленно взираю.
Эрик и Лилит — моя гордость и свет,
Лучше их в этом мире, конечно же, нет.
«Shnorhakalutyun» — шепчу я во тьме,
Спасибо за радость в душе и во мне.