Сад порос лебедой,

Сад порос лебедой,
Дом прилёг на крыльцо.
А на нём — со слезой,
На столе письмецо.

За оградкой погостной
Спят фамильные плиты.
Имена подо мхом,
Как забвеньем покрыты.

А тропа до погоста
Не ведёт, не зовёт.
Каждый выбрал дорогу
И в чужой стране живёт.

Где-то двери закрыты,
Где-то вычеркнут день.
И родная земля
Как незримая тень.

Под одной тишиной
Спят и кости, и плоть.
Род наш былой, 
Помилуй, Господь.

На могилах трава,
На вратах — седая пыль.
Брат не помнит сестру,
Словно рядом не жил.

Тётка прячет альбом,
Дядька молча сидит.
И у каждого дом
Об их прошлом молчит.

Кто-то скажет: "Не нужно,
Что нам старый тот дом?"
Только ветви над крышей
Держат общий простор.

А под каждой плитой
Наши корни и страх.
Если имя стереть,
Остаётся лишь прах.

Если дом не хранить,
Он уходит в бурьян.
И потомкам потом
Не собрать этот клан.

Под одной тишиной
Спят и кости, и плоть.
Род наш былой
Помилуй, Господь.

Может, поздно уже
Поднимать этот след.
Но у старых ворот
Ещё теплится свет.

Если кто-то придёт
И войдёт в этот дом,
Тот покой обретёт
В краю родном.

Пусть зажжёт он свечу
У икон. Ощутит,
И услышит, как род
С ним его говорит.

Под одной тишиной
Спят и кости, и плоть.
Род наш былой
Помилуй, Господь.