Preacher 2

*(Звук: монотонный, тяжелый гул покрышки по мокрому гудрону. Секундный сбой ритма — мотоцикл попадает в выбоину. Затем — звук тормозов. Резкий скрежет. Тишина)*

**[Интро]**
*(Голос звучит еще суше, чем прежде. Читка рвется от боли в сорванном накануне горле)*
Двадцать миль на север от Ред-Крика. 
Пустошь, где радиоприемник ловит только визг демонов и статику.
Я искал тишины. Но у обочины старой 66-й трассы лежало не молчание. 
Там лежала сбитая псина. 
Смесь ротвейлера и самого Дьявола. Шерсть свалялась в колтуны запекшейся крови. Ребра торчат, как штакетник старого забора. Задняя лапа перебита, болтается на лоскуте кожи. Из пасти идет розовая пена.
Он смотрел на меня желтыми глазами. Не скулил. Не скалился. Просто ждал, когда я закончу его путь свинцом.

**[Куплет 1]**
Я снял свой кожаный пыльник. Накрыл его. 
Подумал нажать на курок из жалости. Один сухой хлопок — и никакого гниения заживо. 
Но этот взгляд... В нем не было страха. Там была такая же усталость, что выжгла мои собственные глазные яблоки. 
Такая же ненависть к этому миру, которую я ношу под ребрами вместо сердца.
Я перерезал штык-ножом свои старые джинсы. Сделал жгут из собственных подтяжек. 
Вколол ему остатки своего обезболивающего — медицинский морфин для своих переломов после встреч с барыгами. 
Грузил его в коляску бережно, как мешок с золотыми слитками. Каждое касание отзывалось болью в моих ладонях. 
Мой Харлей впервые за десять лет вез пассажира. И он чихнул черным дымом, принимая новый вес.
Мы воняли кровью на двоих. Идеальный дуэт.

**[Припев]**
*(Гитарный рифф становится чуть мягче, появляется тягучий бас, ритм напоминает биение огромного уставшего сердца)*
Ублюдок! Мой единственный гребаный свидетель!
Ты видел ту гниль, что течет в венах этих городов?
Твои порваны зубами капкана, мои — оскалом человеческих свиней,
Но мы оба всё ещё дышим назло их законам и их тупых ножей!
Ты не предашь, когда федералы прижмут к стене горячим стволом.
С тобой мой одиночный пикник превратился в настоящий дом.

**[Куплет 2]**
Приволок его в свою нору. Старый охотничий домик без крыши, затянутый синим брезентом. 
Выбрал всех дохлых клещей из его шкуры голыми руками. Выковыривал гравий из гнойных ран ржавым охотничьим ножом. 
Скармливал ему тушенку прямо из банки. Он глотал мясо вместе с жестью, глядя, как я заливаю в себя дешевый кукурузный спирт. 
Ночью начался ливень. Брезент протекал. Вода собиралась в черные лужи на прогнившем полу. 
Он приполз ко мне. Положил свою тяжелую, горячую голову мне прямо на грудь, туда, где под татуировкой горящего города стучит мотор. 
Его сердце билось часто-часто, лихорадочно. Мое — медленно, со скрипом изношенного подшипника. 
И впервые за пять лет странствий по человеческому аду я почувствовал запах. Запах живого. Не парфюма шлюх, не ацетона химиков. Живого зверя.

**[Бридж]**
*(Музыка исчезает. Остается только шум дождя по брезенту и тяжелое дыхание двух существ)*
Утром я дал ему имя. 
Не Рекс. Не Цезарь. 
Назвал его «Ашер». *[Прим.: Asher — пепел]*. Потому что мы родились из одного и того же пепелища. 
Я вышел во двор справить нужду. Обернулся. 
Он стоял на трех лапах у входа. Четвертая висела плетью, но челюсти были обнажены. Клыки блестели в утреннем тумане. 
Он охранял мою спину, пока я был уязвим. 
Чистильщик человеческого дерьма наконец-то прикрыл свой тыл.

**[Куплет 3]**
Теперь нас двое на одном байке. Я за рулем, он в люльке. 
На ухо ему наложена шина из расплющенной медной гильзы сорок пятого калибра. На шею — ошейник из шипастой мотоциклетной цепи. 
Когда мы въезжаем в очередной мертвый городишко, местные смотрят на него. 
Они видят просто покалеченного пса. 
Но я вижу систему раннего предупреждения. Если Ашер глухо рычит в пространство, значит, там пахнет ложью. Значит, там снова завелась вошь, которую нужно выковырять. 
Он берет след лучше любого копа. Он чует страх, жадность и синтетическую дрянь сквозь закрытые двери трейлеров.

**[Аутро]**
*(Рев мотора заводится. Звук глубокий, сытый)*
Я запускаю руку в его густую шерсть. Чешу за разорванным ухом. 
Он тихо ворчит от удовольствия. Это самый чистый звук, который я слышал за последние годы. 
Мы едем дальше. На запад. Где солнце тонет в океане. 
Два изгоя. Два ствола. Одно разбитое зеркало заднего вида. 
Впереди сотни миль асфальта. 
И ни одной причины оглядываться назад.
*(Щелчок передачей. Ровный, мощный гул V-twin уходит в горизонт)*