Серый рассвет ползёт по разбитым стенам,

(Куплет 1)
Серый рассвет ползёт по разбитым стенам,
Тишина звенит, как натянутый нерв.
Винни поправляет ремни и снарягу —
Сегодня всё иначе, сегодня — предел.
Он знает маршрут, каждый камень и трещину,
Но в этот раз небо чернее, чем сталь.
«Держи дистанцию», — шепчет в наушник,
А сам уже ставит на кон свою даль.

(Припев)
Это последний бой, Винни, штурмовик,
Пусть земля дрожит, пусть рушится мир.
Сквозь свинцовый ливень, сквозь чёрный дым,
Ты идёшь вперёд, оставаясь живым.
Последний рывок, последний приказ,
Этот бой впишет имя в вечность сейчас.

(Куплет 2)
Огонь накрывает квадрат за квадратом,
Земля стонет под тяжестью тысяч гранат.
Винни видит цель — там, за той баррикадой,
Где враг копит силы, где строится ад.
«Я прикрою», — бросает он, не оборачиваясь,
И сам принимает удар на себя.
В прицеле — враг, в груди — только ярость,
Здесь нет места страху, здесь только судьба.

(Бридж)
Где-то там, в кармане, фото в потрёпанной рамке,
Улыбка мамы, что греет сквозь сотни вёрст.
«Прости, если не вернусь», — шепчет без звука,
Сжимая крепче свой верный, тяжёлый ствол.
Один шаг вперёд, ещё один, и ещё,
Сквозь пламя и сталь, сквозь чужое «ни шагу».

(Припев)
Это последний бой, Винни, штурмовик,
Пусть земля дрожит, пусть рушится мир.
Сквозь свинцовый ливень, сквозь чёрный дым,
Ты идёшь вперёд, оставаясь живым.
Последний рывок, последний приказ,
Этот бой впишет имя в вечность сейчас.

(Куплет 3)
Цель поражена, квадрат зачищен и пуст,
Но тишина стала вдруг слишком густой.
Винни опускается на колено, устало,
Ощущая, как холод ползёт за спиной.
Не от ветра — от того, что внутри всё остыло,
От того, что цена оказалась высока.
Он смотрит на небо, где звёзды не видно,
И шепчет: «Мы сделали всё… наверняка».

(Аутро)
Рассвет разольётся по мёртвым окопам,
Затянет туманом следы и слова.
Остался лишь позывной — Винни — в эфире,
Как эхо, что будет звучать сквозь года.
Штурмовик… Последний бой…
Легенда…