Кристина Дмитриевна, 15 марта в 10:23
Женский
Кристина Дмитриевна, 15 марта в 10:23 Вечер дышит холодом в сонной квартире, Мы были одни в этом призрачном мире. Но твой телефон на столе ожил вдруг, Замкнув тишину в мой отчаянный круг. Чужое «люблю», незнакомое имя — И стены меж нами вдруг стали чужими. Я верила свято в твой ласковый взгляд, Но в каждом «родная» был спрятанный яд. Ты клялся в любви под сиянием звёзд, Но выстроил замок из пепла и грёз. Твои поцелуи теперь как ожог, Ты предал всё то, что оставить не смог. Романтика гаснет в полночных слезах, Наш общий причал рассыпается в прах. Я помню рассветы и запах жасмина, Ты был моим небом, второй половиной. А правда горчит, как остывший коньяк, И в комнате нашей — предутренний мрак. Ты прятал улыбку для новой, другой, Пока я дышала лишь только тобой. Проститься не страшно — страшнее молчать, Поставив на сердце измены печать. Не нужно красивых и правильных слов, Ты сам разорвал эту сеть из узлов. Я вырву страницы, где были вдвоём, Пусть память сгорает холодным огнём. Нет смысла в прощеньях, нет смысла в вине, Ты просто чужой в этой долгой весне. Ты клялся в любви под сиянием звёзд, Но выстроил замок из пепла и грёз. Твои поцелуи теперь как ожог, Ты предал всё то, что оставить не смог. Романтика гаснет в полночных слезах, Наш общий причал рассыпается в прах.
Кристина Дмитриевна, 15 марта в 10:23 Вечер дышит холодом в сонной квартире, Мы были одни в этом призрачном мире. Но твой телефон на столе ожил вдруг, Замкнув тишину в мой отчаянный круг. Чужое «люблю», незнакомое имя — И стены меж нами вдруг стали чужими. Я верила свято в твой ласковый взгляд, Но в каждом «родная» был спрятанный яд. Ты клялся в любви под сиянием звёзд, Но выстроил замок из пепла и грёз. Твои поцелуи теперь как ожог, Ты предал всё то, что оставить не смог. Романтика гаснет в полночных слезах, Наш общий причал рассыпается в прах. Я помню рассветы и запах жасмина, Ты был моим небом, второй половиной. А правда горчит, как остывший коньяк, И в комнате нашей — предутренний мрак. Ты прятал улыбку для новой, другой, Пока я дышала лишь только тобой. Проститься не страшно — страшнее молчать, Поставив на сердце измены печать. Не нужно красивых и правильных слов, Ты сам разорвал эту сеть из узлов. Я вырву страницы, где были вдвоём, Пусть память сгорает холодным огнём. Нет смысла в прощеньях, нет смысла в вине, Ты просто чужой в этой долгой весне. Ты клялся в любви под сиянием звёзд, Но выстроил замок из пепла и грёз. Твои поцелуи теперь как ожог, Ты предал всё то, что оставить не смог. Романтика гаснет в полночных слезах, Наш общий причал рассыпается в прах.