Семья

Воскресное утро. На кухне галдёж.
Две пары ладошек, три — девичьих, помельче.
Ты манную кашу по чашкам разльёшь,
Пригладишь вихры старшему сыну на плечи.

Один — математик, спокойный стратег,
Другой — шебутной и упрямый чертёнок.
А дочки щебечут, ускорив свой бег,
Смеются так звонко, что рушится плёнка
Твоей тишины. Для них ты не просто отец —
Вы центр их огромной домашней вселенной.
Жена улыбнётся: «Опять улетаешь?»
И тихо поправит воротничок.
Ты молча кивнёшь, ведь она уже знает:
У мужа сегодня назначен суровый урок.

**(Припев)**
А за дверью подъезда другая страна,
Где законы просты, как удар кулака.
Там под гул стадиона кипит сторона,
И дрожат костяшки у самого виска.
Две правды живут в твоём сердце мужском:
Одна пахнет домом, парным молоком.
Другая звенит беспощадным звонком,
Когда выходишь на ринг или встаёшь кулак к кулаку.

**(Куплет 2)**
Снимаешь пиджак, оставляешь ключи.
На пальце блестит обручальное гладкое злато.
Здесь нет дочерей, здесь одни силачи,
И каждый твой выпад ловить брату надо.
Перчатки шипят, капа давит на зуб,
Противник напротив тяжелее на пуд.
Но этот чугунный, звериный заруб —
Единственный способ стряхнуть с плеч семейный хомут.
Рефери машет, звучит гонг свысока,
И выдох из лёгких летит со всей дури.
Ты бьёшь не от злости, а наверняка,
Чтоб дома спокойнее спали твои дочуры.

**(Припев)**
А за дверью подъезда другая страна,
Где законы просты, как удар кулака.
Там под гул стадиона кипит сторона,
И дрожат костяшки у самого виска.
Две правды живут в твоём сердце мужском:
Одна пахнет домом, парным молоком.
Другая звенит беспощадным звонком,
Когда выходишь на ринг или встаёшь кулак к кулаку.

**(Бридж)**
Кто-то скажет: «Зачем тебе эта беда?
Семья, ипотека, седины до срока?»
Они не поймут, что твоя доброта —
Это щит для порога родного чертога.
Что нежность к жене и любовь к сыновьям,
К трем маленьким феям в оборках и бантах
Не выжжешь ничем, даже самым жестоким ударам.
Ты должен быть каменной стеной их домам,
Поэтому право имеешь стоять под ударом.
Пусть ноют скулы и ломит плечо,
Зато на душе так пронзительно ясно:
Чем крепче твой правый прямой горячо,
Тем детям всем пятерым безопасно.

**(Куплет 3)**
Финальный свисток. Победила семья.
Домой возвращаешься поздно, хромая неслышно.
Скрипят половицы, чуть-чуть погодя
Целуешь макушки. Всё правильно, всё идёт свыше.
Наложишь компресс, ледяной, как зима,
Закроешь глаза на диване в прихожей.
За окнами воет бездомная тьма,
А ты самый счастливый и сильный прохожий.

**(Аутро)**
Спят два сорванца. Спят три ангела. Мать
Во сне их укроет рукой потеплее.
Тебе завтра снова страну поднимать,
Где дети растут и где стены не тлеют.
Где можно любить до потери себя,
И если придётся — закрыть их собою...
Ты дышишь спокойно, свой мир сохраня
Между вечной войной и святой тишиною.