Бит тяжёлый, низкий, давит на грудь,

Бит тяжёлый, низкий, давит на грудь,
В каждом такте — боль, в каждом звуке — грусть.
Не про подвиги строчки, не про парадный строй,
А про тех, кто остался один на один с бедой.

(Куплет 1)
Снаряды летают, и гром гремит,
Густой дым окутал родину мою.
Дождь не затушит эту беду, хоть льёт до зари,
Этот огонь в груди не залить изнутри.
Я стою на краю, где раньше был двор,
Где мы бегали детьми, не зная про этот кошмар.
Теперь тут тишина, но она звенит, как металл,
Каждый миг — как вечность, каждый шаг — как провал.

(Припев)
А я молюсь увидеть страну, пока не разрушили всё вокруг,
Война забирает жизнь людей, родных — это замкнутый круг.
Не дай забыть лица, не дай стереть имена,
Пусть эта правда будет громче любого сна.

(Куплет 2)
Ветер носит пепел, стирает следы,
Но память не сжечь, не спрятать в глухие углы.
Кто-то пишет письма, зная, что не дойдут,
Кто-то просто ждёт, когда этот ад возьмут.
Здесь время застыло, стрелки замерли на шести,
И даже звёзды будто боятся светить.
Но где-то внутри ещё тлеет слабый свет,
Мы держим этот свет, чтобы не погас ответ.

(Припев)
А я молюсь увидеть страну, пока не разрушили всё вокруг,
Война забирает жизнь людей, родных — это замкнутый круг.
Не дай забыть лица, не дай стереть имена,
Пусть эта правда будет громче любого сна.

(Бридж)
Не про героизм, не про громкие слова,
А про то, как сердце сжимается от каждого «вчера».
Про тех, кто не вернётся, про тех, кто ждёт у окна,
Эта боль — не просто строчка, она реальна, она одна.

(Куплет 3)
Пусть дым рассеется, пусть стихнет этот гром,
Но шрамы останутся, их не скрыть ни днём, ни ночью.
Мы соберём осколки, построим заново мосты,
Чтобы дети снова не знали этой пустоты.
А пока — только бит, только слова, как щит,
Пусть этот трек летит туда, где сердце болит.

(Аутро)
Снаряды… Гром… Дым… Дождь…
Молитва в тишине — это всё, что осталось сейчас.
Пока не разрушили всё… Пока не стёрли свет…
Мы помним. Мы здесь. Мы ждём перемен.