Чёрный Range Rover, тонировка в ноль, Диман за рулём, на заправке бензин…

Куплет 1
Чёрный Range Rover, тонировка в ноль, Диман за рулём, на заправке бензин разлил. Колёса крутят, район родной — Последний раз ты его таким живым видал. Чужаки на хвосте, два ствола в окне, АК бахнул — лобовое в крошку, Кровь на кресле, руки на баранке, Двадцать два года — и тело на асфальте холодном.

Колян подъехал — увидел, рядом встал, Дыханье спёрло, зубы сжал, глаза в стекле. «Кто ж ты так, племян», — шептал, глядя на бойню, Узи из-под куртки лёг в ладонь привычно. Он нашёл стрелка в три квартала дальше — Тот прятался за гаражами, трусил. Колян не церемонился — короткая очередь, Стрелок упал, но в плече Коляна свинец засел. Кровь по пальцам, ствол горячий, Димана в машину — и домой, на край.

Припев
Край не сдаёт своих, край хоронит молодых, Кровь на бетоне, брат за брата — до конца. Узи, макаров, калаш — три ствола на трёх, А за племянника каждый порвёт, не дождавшись суда. Два, три, четыре — не считай, просто бей, Край молчит, но помнит всё до мелочи, до дней.

Куплет 2
Двор гудит, пацаны у подъезда шепчут, Саня с Лёхой у стены, лица серые. «Димана нет», — слова как кувалдой, Стёпа услышал — в груди застыло. Не успел слова вымолвить — движуха справа, Чужие во дворе, стволы на выстрел. Макаров в руку, в бок — пуля, кровь по майке, Стёпа к стене, но не упал, зубами стиснул. Вова — старший, не из робких, Калаш из багажника, приклад к плечу: «Сюда вы сунулись, суки?!» — и два ствола разнёс. Прикрыл брата телом, ответ — как молотом, Двоих уложил, третий сбежал во тьму.

Стёпа в бок зажал рану, макаров не бросил — Пошёл на склад, где шушера собиралась. Там был Васян — мелкий барыжник, знал все схемы, Стёпа прижал ствол к виску: «Имя. Адрес. Живо.» Васян потёк, назвал заказчика — имя, дом, подъезд, Стёпа запомнил каждое слово, как урок.

Куплет 3
Вова встал у двери, калаш на изготовку, Старший — значит, первый в дверь, последний в страх. Дверь с петель, порог — грани двух миров, Внутри трое — те, кто по Диману пальцы гнул. Калаш не дрогнул — три короткие, три падальника, Пол, стены, потолок — всё в кровавой россыпи. Вова сплюнул: «Не верите в ад? Ну вот он.» За племянника — по полной, без половинчатых мер.

Финал — квартира, тишина, тело Димана на столе, Три дядьки у изголовья, лица — камень. Колян с перевязанным плечом, Стёпа с боком, что кровит сквозь марлю, Вова — единственный, кто целым остался, но глаза у всех одни. «Это не конец, — сказал Вова тихо, — Заказчик ещё дышит. Мелочь ещё топчет двор. Мы всех найдём. По одному. По тихому. А ты, племянник, спи. Мы доведём до конца.» Саня и Лёха у двери стояли молча, Мелочь с края узнала — край сегодня помнит Каждого, кто поднял руку на ихнего. АК, узи, макаров — три ствола, три дядьки, одна клятва.