Там, где солнце не знает дороги к скалам,

Там, где солнце не знает дороги к скалам,
Где тени сплетаются в саван из серой мглы,
Я воздвиг свой престол из осколков былого,
В тишине, что острее, чем лезвие острой иглы.
Мои пальцы дрожат, перебирая страницы,
Где чернила — лишь кровь, запекшаяся в пустоте.
Я — изгой, чье лицо позабыли и птицы,
Я — эхо, застывшее в вечной, немой темноте.

О, тьма, ты — мой единственный верный союзник,
В твоих объятиях плавится горечь былых времен.
Я — странник, что вечно идет, но не знает, где путник,
В цепях из страданий, в короне из черных знамен.
Пусть мир наверху утопает в притворном сиянье,
Здесь, в бездне, я обретаю свой истинный лик.
Мое существование — долгое, горькое знанье,
Что каждый мой вздох — это боли застывший крик.


Сквозь туманы времен я взираю на башни,
Что рухнули в прах под тяжестью наших грехов.
Каждый шаг — это груз, бесконечный и страшный,
Среди призраков тех, кто не вырвался из оков.
Мои муки — не пламя, что жжет и сжигает дотла,
Это иней, что медленно точит гранит моей воли.
Я смотрю, как сгорает последняя искра тепла,
Растворяясь в бездонном, холодном море боли.


Ни звезд, ни надежд.
Только шепот камней под ногами.
Я — тень, что осталась от тех,
Кто когда-то владел небесами.
Но небо мертво.
И я — его верный могильщик.

Финал:
Пусть тьма поглотит этот мир, как голодный зверь,
Я буду стоять у порога, где нет возврата.
Заперта навсегда за спиною тяжелая дверь,
И нет ни прощения, ни света, ни дня, ни заката.
Только тьма.
Только тьма.
Только я.