Я помню двор и старые качели,

Я помню двор и старые качели,
Где сказки оживали в каждом дне.
Мы повзрослеть так искренне хотели,
Не зная, что окажемся на дне.
Тогда улыбка не имела веса,
И дружба не искала барыша.
Теперь же мир — стена густого леса,
Где в каждом шаге прячется душа.
А сейчас — никому нельзя доверять,
Каждый ищет, где выгодней что-то забрать.
Мир остыл, превратился в холодный расчёт,
Где за каждый твой вздох предъявляют нам счёт.
Я стою у окна, вспоминая тот свет,
Где предательства не было, страха и бед.
Никогда б не подумала в детстве своём,
Что так трудно нам будет в мире чужом.

Маски приклеены к лицам навечно 
Друг превратился в случайный процент.
Всё, что когда-то казалось нам памятно,
Списано в мусор в один лишь момент.
Люди, как хищники, смотрят в карманы,
Ищут изъян, чтоб сильней уебать 
Вместо тепла — лишь густые туманы,
Мир разучился надежду дарить.
Если б та девочка знала тогда,
Как будет сдавливать грудь пустота,
Как станет больно от чьей-то корысти,
Как пожелтеют все детские мысли...
Она бы не рвалась так быстро вперёд,
Зная, что сердце покроет лишь лёд.
Детство ушло...
Оставив лишь пыль.
Грустная сказка.
Жестокая быль.