Девочке три

(Бит: тяжёлый, с глубоким басом и меланхоличным пианино)

[Интро]
Йо.
Это история про время.
Про то, как оно летит.
Слушай.

[Куплет 1]
Ей всего три — на папиной шее летит,
Мир сверху другой, он ярче и больше манит.
Папа не верит, что время так быстро бежит,
Готов исполнить любой каприз — он всё это помнит.
Ей шесть — удобно сидеть на коленках у папы,
Щенок и конфета — вот это были награды.
Папа колючий, как ёж, но огромный, как мишка,
Он знает ответы на все вопросы, даже на лишние.

[Припев]
Годы летят, как пули, не ждут никого,
Мы растём, забываем, теряем то тепло.
А папа всё тот же — просто чуть-чуть седой,
Хочет просто знать, что с дочкой всё хорошо.

[Куплет 2]
Ей десять — помада, стыренная у мамы,
Розовые губы, дерзкие планы и драмы.
Папа кричит: «Так нельзя!» — он строгий, но любит,
Сердится, грубит, но в сердце всё равно не забудет.

Скоро пятнадцать — взросление бьёт по вискам,
В кармане «Esse», чёлка, тату — всё напоказ.
Папа опять: «Давай прокачу на шее»,
А она фыркнула: «Ты не выдержишь, старый».

[Припев]
Годы летят, как пули, не ждут никого,
Мы растём, забываем, теряем то тепло.
А папа всё тот же — просто чуть-чуть седой,
Хочет просто знать, что с дочкой всё хорошо.

[Куплет 3]
Двадцать — ночи вне дома, телефон молчит,
Папа звонит пятьсот раз — сердце в груди стучит.
Она злится, кидает вещи, кричит: «Я взрослая!»,
А он просто хочет знать, что она жива и не пропала.

Замужем, встречи с папой — редкость, не каждый день,
Он дарит конфету, как в детстве, прогоняя тень.
Плачет от счастья: «Ты сказала, что я становлюсь дедом»,
А в этом слове столько боли и столько света следом.

[Куплет 4]
Тридцать — хочется снова на папины руки
Ёлку, конфету, бантик, забыть все эти муки.
Видит, как родители медленно, но верно стареют,
Фантик от старой конфеты в книжке бережно греет.

Устала, плачет ночами, мир давит на плечи,
Папа звонит каждый день — он всё ещё её ищет.
Хочет вернуться в начало, где всё было просто,
Где она ехала на шее — и мир был огромным и честным.

[Куплет 5]
Теперь она женщина — лак, помада, коньяк,
Мелодрамы, уют, но внутри всё тот же сквозняк.
Папа плачет по-старчески, голос дрожит в трубке,
Маму увезли на скорой — и мир рассыпался в куски.

Мама поправилась, но запах лекарств не уходит,
Приторно-сладкий, липкий — он душу насквозь пробирает.
Дочка знает: всё рухнет, время не остановить,
Хочется сбежать туда, где можно всё переиграть.

[Бридж]
Туда, где умеют назад поворачивать время,
Где мечты сбываются сразу, без ожиданий и бремени.
Где она снова едет у папы на шее,
И мир сверху выглядит совсем по-другому, чем снизу.

[Аутро]
Просто на шее.
Просто рядом.
Пока он может держать.
Пока ты можешь обнять.