Сорок первый — пепел в небе, чёрный дым стеной,

Сорок первый — пепел в небе, чёрный дым стеной,
Мать крестила на дорогу — “возвращайся, родной…”
Грязь по колено, кровь впиталась в снег и в сталь,
Каждый шаг — как будто в вечность, каждый день — как февраль

Под огнём стояли молча, не было пути назад,
Там, где ад казался тише, начинался Сталинград
И сквозь пламя, через крики, через мёртвых на земле
Он шёл дальше… сжав всю волю в кулаке


Он шёл сквозь огонь, сквозь разорванный строй 
Сквозь ад Сталинграда — но остался живой 
Одна рука — но держит весь мир 
Он похоронил… и камнями укрыл отца и братьев своих 
в той чёрной земле Без слов, без молитв… на проклятой войне



Он копал одной рукою мерзлую землю в тиши,
Хоронил своих родных… не осталось души
Тишина давила сильнее, чем взрывы вокруг,
И весь мир вдруг стал пустым — только боль и испуг

Он стоял под небом серым, поднимая глаза ввысь,
“Добейте…” — тихо прошептал, отпуская жизнь
Но сквозь гул и сквозь разрывы, через смерть и страх
Это были свои… в небесах

Он шёл сквозь огонь, сквозь разорванный строй
Сквозь ад Сталинграда — но остался живой
Одна рука — но держит весь мир
Он похоронил… и камнями укрыл отца и братьев своих 
в той чёрной земле Без слов, без молитв… на проклятой войне



И сквозь годы, сквозь время и боль
Слышен голос: “Я рядом с тобой…”
Не забыты, не стерты войной —
Они живы… пока мы живём


Он шёл сквозь огонь — и не сдался тогда
Когда гасла надежда и вера ушла
Одна рука — но сильней, чем броня
Он выжил… чтоб жили мы, а не война