Колдунья

Где широкия поляны,
 Средь зеленыя дубравы,
 Ехал на коне мóлодец  удалой
 Эх, детина молодой.
 С думой горькой он скакал,
 Вдруг деву красную увидал:
 Очи черные огнем горят,
 О тайных сказаньях они говорят,
 Губы сладкие, как вересковый мёд,
 В их поцелуи страсть неистовая живёт.
 Перси белые сердца волнуют,
 Речи сладкие всех в округе заколдуют.
 Ручки белые к мóлодцу  дева тянет,
 Эх, несчастного она заманит!
 Заманит в сети свои бестыжие,
 Но не будет мóлодец обижен:
 Она подарит ему ласки неземные,
 Прошепчет речи колдовские.
 Стоит он, как громом пораженный,
 А в сердце пылает огонь зажённый.
 "Неужто это ты, дева лесная?
 Вечно прекрасная, вечно молодая.
 Легка, как пушинка на ветру.
 Зачем ты встретилась мне на беду?
 Дай мне, продолжить дальше свой путь,
 Дай в покое мне отдохнуть.
 Твои ласки страстью обжигают,
 Твои очи все на свете знают.
 Прошу тебя, уходи!
 Меня несчастного не губи!"
 На эти речи, дева лишь рассмеялась,
 Миг, и уже на коне молодца оказалась,
 Уста его сахарные лобзает,
 Стан его широкий обнимает.
 Рукой белой с коня его спускает,
 И уж на травушке кафтан его снимает.
 А мóлодец и слово сказать не может.
 Кто же несчастному теперь поможет?
 Ведь от колдуньи никто не убежит,
 Всех погубит, всех приворожит.
 Шепчет дева мóлодцу речи сладкие,
 А из земли выползают змеи гадкие.
 Страх обнял того детину,
 Неужто ляжет он в могилу?!
 А очи девы злобой вдруг засверкали,
 Из изящного ротика клыки повылезали.
 Дых смрадный в ноздри ударил,
 Мóлодец руку о коготь поранил:
 "Вот пришла моя кончина!
 Эх, завела меня чужбина!
 Дева лесная меня погубит,
 До самой сме́ртушки загубит!"
 Колдунья вдруг заговорила:
 "Да, я тебя приворожила.
 И теперь ты мой навек,
 Встань на колени, человек!
 И если вдруг я захочу
 Вмиг тебя похороню,
 Вечно на земле я буду жить,
 Никого не смогу я полюбить.
 От меня ты не уйдешь,
 От объятий моих умрешь!"
 После слов  тех, жутко стало,
 Солнца вмиг, как небывало,
 Цветы и те совсем повяли,
 Стаи змей повылезали.
 Страх члены все сковал,
 Мóлодец от ужаса задрожал.
 Увидел, что девы нет-
 Лишь один большой скелет.
 Скелет вдруг в монстра превратился
 И как вихрь закружился.
 Над мóлодцем  кружил, кружил,
 Миг.... и беднягу проглотил.
 И не стало мóлодца удалого,
 Того красавца молодого.
 Лишь конь осиротелый ускакал,
 Как-будто вовсе не бывал.
 Монстр в деву обратился,
 И как призрак растворился.
 Гады ползучие под землёю скрылись,
 И их норы тут же закрылись.
 Всё исчезло в тот же миг,
 Лишь слышен жуткий страшный крик.