Папа: 21 июня

(Интро)
Бит тихий, будто эхо в пустом доме…
Этот день не стереть ни временем, ни словами.

(Куплет 1)
Восемь детей — большая семья,
Ты любил нас всех, папа, без конца.
Семь сестёр и я — твой единственный сын,
Твой взгляд добрый помню, он в сердце застыл, как снимок.
Ты всё держал на плечах, даже если сам едва стоял,
Для нас ты был стеной, что не рушится, не сгорает.
А теперь в комнатах тишина, и пыль ложится на фото,
И каждый угол шепчет: «Здесь было тепло когда‑то».

(Припев)
Двадцать первое июня — день, что не забыть,
Когда пришлось с тобой навсегда проститься.
Я не поверил, сказал: «Это шутка, мама»,
Но ты ушёл… И боль — как рана прямо.
Двадцать первое июня… В памяти — навсегда,
Папа, ты в сердце, ты — наша звезда.

(Куплет 2)
Мы с женой и дочкой ехали к вам,
Солнце светило, был ясный день.
А в душе — пустота, и в глазах туман,
Ты не встретишь нас… Ты уже там.
Я помню, как ты учил не сдаваться,
Говорил: «Сынок, главное — не сломаться».
А я тогда кивал, не понимая до конца,
Что эти слова станут моим компасом сквозь года.
Теперь я сам отец — и вот ирония судьбы:
В каждом своём слове слышу твои интонации, твоë «стой».
И хочется просто на минуту вернуть тот момент,
Сказать: «Прости, что редко говорил, что люблю тебя».

(Припев)
Двадцать первое июня — день, что не забыть,
Когда пришлось с тобой навсегда проститься.
Я не поверил, сказал: «Это шутка, мама»,
Но ты ушёл… И боль — как рана прямо.
Двадцать первое июня… В памяти — навсегда,
Папа, ты в сердце, ты — наша звезда.

(Куплет 3)
Забор, что строили, уже весь иссох,
Доска за доской — как годы, что утекли в песок.
Дом, где смех звучал, теперь без твоих слов,
Но в тишине я слышу твой голос снова и снова.
«Сынок, не грусти, я с вами всегда, хоть не здесь, пойми», —
Эти слова теперь мой щит, когда мир летит к чиртЯм.
Ты не видишь, как дочки смеются — они так похожи на тебя,
Такой же упрямый взгляд, такая же добрая душа.
Я расскажу им про тебя — не как в сказке, а как было:
Про руки в мозолях, про то, как ты всё делал ради нас.
Пусть они знают: сила — не в крике, а в тихом терпении,
В умении любить, даже когда всё идёт не по плану.

(Припев)
Двадцать первое июня — день, что не забыть,
Когда пришлось с тобой навсегда проститься.
Я не поверил, сказал: «Это шутка, мама»,
Но ты ушёл… И боль — как рана прямо.
Двадцать первое июня… В памяти — навсегда,
Папа, ты в сердце, ты — наша звезда.

(Бридж)
Время не лечит — оно просто учит жить с этой болью,
Не прятать её, а носить как часть своей истории.
Я не прошу вернуть тебя — я прошу не забыть,
Как ты учил меня быть мужчиной, а не казаться им.
И если где‑то там ты видишь, как мы растём,
Знай: твоё сердце живёт в каждом нашем дне.

(Припев)
Двадцать первое июня — день, что не забыть,
Когда пришлось с тобой навсегда проститься.
Я не поверил, сказал: «Это шутка, мама»,
Но ты ушёл… И боль — как рана прямо.
Двадцать первое июня… В памяти — навсегда,
Папа, ты в сердце, ты — наша звезда.

(Финал)
Старые вещи, старый дом, старые воспоминания,
Но любовь к тебе — не стареет, не теряет очертания.
Я буду носить её, как ты носил свою ответственность,
С гордостью, с болью, с бесконечной благодарностью.
Люблю тебя, папа. Спасибо за всё.
Ты — мой фундамент, моя опора, моё «всё».
И пусть я взрослый, пусть годы летят,
Для тебя я всё тот же мальчишка, что рад
Просто стоять рядом, молчать и знать:
Ты научил меня быть, а не просто существовать.