В гараже под лампой жёлтой, где гуляет сквознячок,

Куплет 1  
В гараже под лампой жёлтой, где гуляет сквознячок,  
Собрались ребята ночью — каждый вроде бы знаток.  
Лёха счёт ведёт на пальцах, Алан нервно курит вбок,  
Хызыр молча грузит ящик, Кантик шепчет: «Будет прок».

Этикетки, крышки, тара — всё идёт как по часам,  
Только счастье на обмане не приходит в гости сам.  
Сладкий запах по подвалу, на душе — холодный след,  
Думали: «Ещё немного» — а назад дороги нет.

Припев  
Газировка с привкусом беды,  
Сладкий сон у чёрной полосы.  
Думали — удача к ним придёт,  
А пришёл конвой, протокол и счёт.

Куплет 2  
По дворам пошли коробки, зашуршал ночной маршрут,  
Кто-то брал, не задавая, кто-то спрашивал: «Откуда тут?»  
Город маленький всё слышит, город помнит каждый шаг,  
И однажды на рассвете постучали в двери так.

Лёха сел на табуретку, Алан выронил слова,  
Хызыр понял слишком поздно: закружилась голова.  
Только Кантик рванул резко, будто ветер за спиной,  
Мол, «уйду, пока не поздно, пережду где-то волной».

Припев  
Газировка с привкусом беды,  
Сладкий сон у чёрной полосы.  
Думали — удача к ним придёт,  
А пришёл конвой, протокол и счёт.

Куплет 3  
Он менял такси и куртки, ночевал не там, где жил,  
Телефон держал без звука, даже тени сторожил.  
К морю тянуло дорога, даль манила: «Улетай»,  
Только прошлое, как цепи, не пускало через край.

На Крымском мосту под утро, где над водой туман висел,  
Кантик понял: всё закончилось — он уйти уже не успел.  
Без погонь и громких криков, без киношной суеты  
Ему сказали тихо: «Хватит. Доездился до черты».

Припев  
Газировка с привкусом беды,  
Сладкий сон у чёрной полосы.  
Думали — удача к ним придёт,  
А пришёл конвой, протокол и счёт.

Куплет 4  
Мост стоял большой и строгий, море билось о гранит,  
А в душе у Кантика было только: «Кто меня простит?»  
Вспоминал тот старый боксик, смех, коробки, липкий стол,  
И как лёгкая нажива превратилась в тяжкий долг.

Лёха, Алан и Хызыр — каждый встретил свой рассвет,  
Только в этих коридорах солнца настоящего нет.  
Сладкий вкус давно растаял, стала горечью вода,  
И у каждого осталась не удача, а беда.

Финальный припев  
Газировка с привкусом беды,  
Сладкий сон у чёрной полосы.  
Кантика взяли на мосту —  
Не уйдёшь от правды в пустоту.

Газировка с привкусом беды,  
Не спасают трассы и мосты.  
Кто хотел подняться без труда —  
Тот запомнил цену навсегда.