По веткам метро, по уснувшим пустым переходам,

Мужской

По веткам метро, по уснувшим пустым переходам, Проходит любовь, осторожна, неслышна в ночи. И так же бесшумно она умирает с восходом, Не ведая, что пешеходы ее палачи. Когда на рассвете ты встанешь с помятой постели, Сожмешь в своих пальцах холодную ткань простыни. Потом босиком пробежишься на цыпочках к двери, Защелкнешь замок и заплачешь от чувства вины. Скажи мне всю правду, ответь, почему его любишь? Он курит, он пьет, он уходит к другой по ночам. Ты все понимаешь, и все понимая, целуешь, А после таскаешь его по ненужным врачам. Скажи, сколько стоит любовь, если это возможно? Ответь, кто спасет этот мир, если продана честь? Я этот бокал поднимаю к губам осторожно, Последняя капля… и значит, спасение есть. Я пью за тебя, даже если итог мне известен. Любовь, это яд, так давай его выпьем до дна. Со мной умирают стихи не родившихся песен. У нашей любви этой ночью «смешная» цена. Любовь не умрет, если мы доживем до рассвета. Но как это страшно, когда наступает восход, Спокойно глядеть, как ты жадно дымишь сигаретой, И плачешь, и шепчешь, что солнце уже не взойдет. Любить и гореть, умирать, возрождаться из пепла. И если гореть, то сгорать без остатка, дотла. И если любить, значит вечно лететь против ветра, На крыльях любви, поднимающих под облака.

По веткам метро, по уснувшим пустым переходам, 
Проходит любовь, осторожна, неслышна в ночи. 
И так же бесшумно она умирает с восходом, 
Не ведая, что пешеходы ее палачи.

Когда на рассвете ты встанешь с помятой постели, 
Сожмешь в своих пальцах холодную ткань простыни. 
Потом босиком пробежишься на цыпочках к двери, 
Защелкнешь замок и заплачешь от чувства вины.

Скажи мне всю правду, ответь, почему его любишь? 
Он курит, он пьет, он уходит к другой по ночам. 
Ты все понимаешь, и все понимая, целуешь, 
А после таскаешь его по ненужным врачам.

Скажи, сколько стоит любовь, если это возможно? 
Ответь, кто спасет этот мир, если продана честь? 
Я этот бокал поднимаю к губам осторожно, 
Последняя капля… и значит, спасение есть.

Я пью за тебя, даже если итог мне известен. 
Любовь, это яд, так давай его выпьем до дна. 
Со мной умирают стихи не родившихся песен. 
У нашей любви этой ночью «смешная» цена.

Любовь не умрет, если мы доживем до рассвета. 
Но как это страшно, когда наступает восход, 
Спокойно глядеть, как ты жадно дымишь сигаретой, 
И плачешь, и шепчешь, что солнце уже не взойдет.

Любить и гореть, умирать, возрождаться из пепла. 
И если гореть, то сгорать без остатка, дотла. 
И если любить, значит вечно лететь против ветра, 
На крыльях любви, поднимающих под облака.