Вечер спускается, сумрак вокруг,

Вечер спускается, сумрак вокруг,
В старом пальто, он друг или враг?
На скамейке сидит, старый наш Хатали,
Ветер усы его чуть-чуть колышет.
Дым сигареты клубится легко,
В глазах отраженье далеких дорог.
Он молча глядит, как жизнь пробегает,
И время следы на лице оставляет.

(Припев)
Хатали, Хатали, с усами густыми,
В пальто, что видало и штормы, и зимы.
Сигарета в руке, дым – его дыханье,
В каждом затяжке – старое знанье.
Хатали, Хатали, как символ былого,
Тихо сидит, не меняя ни слова.

(Куплет 2)
Его знает каждый, кто долго живет,
Прошел он немало, порой через гнет.
Но крепким остался, хоть годы берут,
И мудрость в глазах, словно солнца приют.
За пальцами морщины, история их,
А взгляд прожигает, он видел их всех.
Под шелест листвы, или снега пушинки,
Всегда с сигаретой, на старой щеке.

(Припев)
Хатали, Хатали, с усами густыми,
В пальто, что видало и штормы, и зимы.
Сигарета в руке, дым – его дыханье,
В каждом затяжке – старое знанье.
Хатали, Хатали, как символ былого,
Тихо сидит, не меняя ни слова.

(Бридж)
Быть может, расскажет он нам что-нибудь,
Но только молчанием, с грустью в глазах.
Он часть этой улицы, часть этой жизни,
Забытый герой, в ветхом своем мире.

(Припев)
Хатали, Хатали, с усами густыми,
В пальто, что видало и штормы, и зимы.
Сигарета в руке, дым – его дыханье,
В каждом затяжке – старое знанье.
Хатали, Хатали, как символ былого,
Тихо сидит, не меняя ни слова.

(Аутро)
И снова затяжка, и снова дымок,
Усатый, старый, ушел в свой мирок.
Хатали… Хатали…
На старой скамейке, до самого дна