Губы твои

Ночь на шконке, тюря тихо дышит — зона ждёт,  
Мне б губы твои целовать, да судьба — приговор.  
Сижу на нарах, дым сигаретный гасит свет,  
Душа рвётся на части — по понятиям мне не дадут ответ.

Припев:  
Буду помнить я имя твоё,  
Как блатной хранит под замком сигаретный уголок.  
Пусть судьба порешала — пусть не вышло, как просил,  
Твоё имя — мой караул в темноте и на расчёте осколок.

Где ты теперь — в хате или в дали от зоны? — мне не знать,  
Бояться спросить — шушуки молчат, чтоб не навлечь шмон и скандал.  
Говорят: меньше знаешь — уснёшь, да только я на нарах не сплю,  
Смотрящий молчит, рулит ходкой ночь — и сердце моё в плену.

Припев:  
Буду помнить я имя твоё,  
Как блатной хранит под замком сигаретный уголок.  
Пусть судьба порешала — пусть не вышло, как просил,  
Твоё имя — мой караул в темноте и на расчёте осколок.

Если дряхлым впаду в забытьё, если сам себя позабуду,  
Если лапти износит жизнь, и штаны мои порвутся в углу,  
Даже в строгаче, когда стук по дверям — как бой барабана,  
Я прошепчу твоё имя — и снова оживут губы, как стяг.

Финал (тишина, как в хате после отбоя):  
Буду помнить я имя твоё,  
И меня оживлявшие губы — пусть даже на нарах и в тени.  
Пусть зона приговорила иначе — я держусь, как мог, по понятиям,  
Твоё имя храню, как последний уголок света в тюремной тьме.