Рамс

(Куплет 1 — Диман) Range Rover, тонировка, Диман за рулём — район дрожит, сука, до края, Если он выехал — кому-то хана, это не шутки, блядь, не игра. ТТ в бардачке, он не понтится — решает тихо, жёстко, без крика, Колян учил стоять насмерть, Стёпа с Вовой — дядьки, одна кровь, блядь, без лирики. Чужаки встали стеной у заправки — Диман вышел один, спокойно: «Ты на моей полосе, уёбок. Встань или падай, сука, сегодня, безмолвно». Из переулка — чёрный седан, фары в упор, ствол из окна, АК-47, Очередь хлестнула — металл визжал, стекло брызнуло, кузов крошился до дна. Первая пуля — в грудь, как гвоздь, Диман дёрнулся, но не закричал, Вторая — левее, третья — в бок, кровь хлынула, но он не сломался, блядь. АК замолчал — Диман рухнул на асфальт, лицом в бетон, ТТ выпал, Набрал Коляну сквозь хрип: «Дядь… АК… грудь… не успел…» — и затих, блядь, убитый.

(Припев — English) Bullets in the chest, blood on the ground, Family by blood, but the steel don't make a sound. AK screaming, rounds tearing through, One fell down — and the night grew too. We don't cry, we don't beg, we don't pray, We just load the clip and make 'em pay. Uncles and nephew, blood and choice, Death took his breath but not his voice.

(Куплет 2 — Колян и Стёпа) Колян услышал — мир треснул, сука, рванул к заправке, нашёл Димана: Лицо белое, кровь лужей, глаза пустые — парень, которого растил, уже там, блядь, без обмана. Не заплакал — зарычал, набрал Стёпе: «Диман мёртв. АК. У заправки». Стёпа: «Кто?» — Колян: «Узнаю. Каждого, сука, до кости, без маски». Вдалеке — седан, вышел мужик с АК, думал — чисто сделал, Колян достал «узи» — очередь в грудь, тот упал, АК звякнул, блядь, не сдержал. Пуля из-за угла — в плечо, Колян устоял, три очереди в темноту, сука, жёстко, Сел в Range Rover, рядом Диман, газ в пол — поехал домой, блядь, не поздно. Во дворе — тишина, Колян вышел: «Диман… не доехал, блядь» — двор замер, Саня к стене, Лёха выронил сигарету, Стёпа побледнел, Вова кулаки сжал, блядь, не мерил. Стёпа открыл дверь — Диман на сиденье, глаза закрыты, куртка в крови, «Это сын моей сестры. Кто тронул — мёртв, блядь, каждого найдём, сука, настигнем». Из переулка — очередь, пули по асфальту, по кузову, война, сука, началась, Стёпа рухнул на колено — пуля в бок, но не упал, макаров в руке, сука, донеслась. Вова закрыл брата собой — пуля чиркнула по плечу, не дрогнул, снял калаш: «Пацаны — в подъезд, нахуй!» — очередь в темноту, блядь, не наша. Стёпа, с пулей в боку, вышел к складу — те, кто за заказом, у ворот, Макаров — первый в воздух, второй в ногу: «Кто послал? Говори, сука, прямо, без забот». Тот захрипел: «Сверху приказ…» — Стёпа: макаров в колено, блядь, без эмоций: «Имя. Адрес. Сейчас, или следующий — в лоб, сука, без девоций».

(Припев — English) Bullets in the chest, blood on the ground, Family by blood, but the steel don't make a sound. AK screaming, rounds tearing through, One fell down — and the night grew too. We don't cry, we don't beg, we don't pray, We just load the clip and make 'em pay. Uncles and nephew, blood and choice, Death took his breath but not his voice.

(Куплет 3 — Вова и финал) Вова — молчаливый, огромный, стена, выломал дверь плечом — внутрь, Двое: тот, кто стрелял из АК, и тот, кто знал, сука, вокруг. Первый с ножом — Вова поймал, сломал, швырнул в стену, блядь, как тряпку, Второй к стволу — удар в челюсть, хруст, наповал, сука, без заварки. «Куда, сука, лежи» — наступил на АК, снял свой калаш с плеча: «Это за Димана, блядь. Слышал, как хрипел? Видел, как упал? Получай, сука, сполна». Два выстрела из калаша — в грудь, гулко, жёстко, гильзы на полу, кровь на стене, Третий — в потолок: за своего платят по полной, блядь, вдвойне. Шаги в коридоре — пуля в сантиметре от виска, Вова развернул калаш, Короткая очередь — двое упали, третий ушёл, сука, в темноту, блядь, на карбаш. Вышел — во дворе Колян, «узи» под курткой, плечо перевязано, в глазах приговор, Вова кивнул: «Двое готовы. Один ушёл» — Колян: «Найдём, блядь, всех, сука, в упор». Диман на заднем сиденье, глаза закрыты, навсегда, блядь, Колян рядом, курит, молчит — смотрит в темноту, сука, туда. Стёпа руку на плечо — ничего не сказал, но в молчании — ярость, что жжёт, Вова поодаль, калаш за спиной, кулаки сжаты, блядь, не уйдёт. Саня у стены, Лёха с сигаретой, пацаны молчали — каждый понял своё, Димана больше нет, и этот двор — могила, блядь, на дно, на ноль. Колян затушил сигарету: «Я найду каждого, Диман. Каждого, сука, клянусь». Стёпа кивнул. Вова размял кулаки. Пацаны молчали, блядь. И когда щёлкнет вхолостую — тогда тишина, сука. Но не раньше. Не сейчас. Не для них. Никогда, блядь. Прощай, парень.