соне

[Куплет 1]

Я выжигал себя дотла, чтоб не осталось искры, Каждый взгляд — как спичка, брошенная в сухой траве, И я дышал на угли, но огонь давно остыл, Как будто пирокинез в мне сдох на悲惨ной траве. Нет, не на траве — в груди, где вместо сердца пепел, Где каждый вдох — попытка не согреться, а сгореть.

Кто-то смотрит на фигуру, кто-то на глаза, Я же выбрал то, что подделать невозможно даже хирургически. Ведь эмоции и боль — это честно, невинно И по-своему эстетически.

Шопенгауэр писал: мир — это воля и представление, А я добавлю: представление — это просто обман с задержкой. Мы верим зеркалам, хотя они показывают задом наперёд, Мы верим лицам, хотя лицо — это маска, рождённая социумом.

[Припев]

И кто бы что ни говорил, Я знаю сам, что не поверю больше я глазам. Они способны обмануть, ввести в заблуждение, Посильнее любых других людей и других веществ. Я бы выбрал быть один до конца всех дней, но...

[Куплет 2]

Она ворвалась в мою жизнь и моё окружение, Скружила голову посильнее тайного донесения. Как шифр, который не поддаётся взлому, Как выстрел в темноте — не видно ствола, но видно пламя.

Я выстроил вокруг себя стены из недоверия, Кирпич за кирпичом — каждое предательство, каждая ложь. И вот стоит она — и стены осыпаются, Как берег под прибоем, как Вавилон под гневом.

Я снова готов поверить я глазам... Я умоляю... Прости меня ты дурака, Что строил крепость там, где должен был построить дом, Что путал одиночество с защитой, А безопасность — с жизнью.

[Припев]

И кто бы что ни говорил, Я знаю сам, что не поверю больше я глазам. Они способны обмануть, ввести в заблуждение, Посильнее любых других людей и других веществ. Я бы выбрал быть один до конца всех дней, но...

[Бридж]

И я готов подарить тебе всего себя вновь, да... Не того, кем я был до — он выгорел, как порох, А того, кем стал — золой и обещанием. Ты взяла горсть пепла и выдышала в него огонь, И я горю — не от боли, а от тепла.

Сонечка, прости меня.

[Аутро]

...тишина...

За то, что я не верил. За то, что я боялся. За то, что одиночество стало моей религией, А ты — ересью, которую я не решился принять. Пока не стало поздно.

Сонечка... прости меня.