Здесь раньше был слышен уверенный шаг,

(Куплет 1)
Здесь раньше был слышен уверенный шаг,
Развевался на плаце тяжелый наш флаг.
В окнах пятиэтажек горели огни,
Как счастливо таяли наши дни.
Гул гарнизона, учения, строй,
Городок жил единой, большой семьей.
На главной аллее — оркестр и смех,
И общих надежд на десятерых и на всех.

(Припев)
А теперь лишь ветер гуляет в пустых дворах,
Застыла эпоха в бетонных, глухих мирах.
Где звенели медали и детский заливистый крик —
Там теперь тишина, словно памяти хмурый лик.
Городок мой уснул, постарел, поседел,
От былого величия остался лишь след... догорел.

(Куплет 2)
КПП распахнуто — двери не держат замки,
В кабинетах присяги давно замели сквозняки.
На стенах плакаты: «Служить — это гордость и честь»,
Но жизнь догорает, как та неизвестная весть.
Там, где марши звучали, теперь лишь бурьян,
И в памяти — призраки всех наших ветеранов-ровесниц и ян...
Пустые глазницы квартир смотрят в небо, как в сон,
О чём-то молчит этот павший седой бастион.

(Бридж)
Здесь ржавчина точит уставший металл,
Тот строй, что когда-то уверенно стоял.
Магазины пусты, опустел детский сад,
И времени стрелки не знают пути назад.
Всё замерло вдруг, словно кто-то нажал на стоп,
Лишь в окна стучится заброшенный пыльный гроб.

(Припев)
А теперь лишь ветер гуляет в пустых дворах,
Застыла эпоха в бетонных, глухих мирах.
Где звенели медали и детский заливистый крик —
Там теперь тишина, словно памяти хмурый лик.
Городок мой уснул, постарел, поседел,
От былого величия остался лишь след... догорел.

(Финал)
Спи, гарнизон, средь осенних дождей,
Ты стал колыбелью для тысячи разных людей.
Тишина... лишь трава пробивает асфальт,
Твой подвиг закончен. И выключен старый пульт.