Серый борт рассекает застывшую тьму,

Серый борт рассекает застывшую тьму,
Ледокол «Борей» замер здесь, на краю.
Норвинская стужа въедается в сталь,
Здесь каждый шаг — это риск, это битва, а не даль.
По коридорам гуляет сквозняк и беда,
В прицеле мелькнёт силуэт — и летит сюда пуля всегда.
Здесь эхо кричит именами павших бойцов,
Среди ржавых труб и холодных, пустых ангаров.


Ледокол! Стальной гигант среди льдов,
Он видел столько смертей — не хватит и ста слов.
Сквозь шторм и огонь, сквозь дым и густой туман,
Мы ищем выход отсюда, сквозь этот ледяной капкан.
Ледокол! Здесь время застыло на миг,
Судьба пишет кровью на стенах этот проклятый крик.


В серверной гудят провода в тишине,
Данные — валюта, что ценнее вдвойне.
Ключ-карта дрожит в промерзшей руке бойца,
Один неверный шаг — и погаснет в глазах искра.
Машинное отделение дышит паром и злом,
Здесь босс ждёт в тени, за тяжёлым стальным углом.
Не верь тишине, она здесь — лишь предвестник беды,
Выжить в Таркове — это искусство, а не мечты.


Ледокол! Стальной гигант среди льдов,
Он видел столько смертей — не хватит и ста слов.
Сквозь шторм и огонь, сквозь дым и густой туман,
Мы ищем выход отсюда, сквозь этот ледяной капкан.
Ледокол! Здесь время застыло на миг,
Судьба пишет кровью на стенах этот проклятый крик.


Сигнал эвакуации — редкий, хриплый звук,
Сердце стучит в висках, разрывая замкнутый круг.
Лёд трещит под ногами, как нервы в бою,
Я заберу этот лут, я вернусь в строй, я стою!


Палуба помнит следы тех, кто не дошёл,
Кто в этом рейде душу и жизнь свою не сберёг.
Но мы прорвёмся, сквозь вьюгу и сквозь прицел,
Чтобы увидеть рассвет там, где город горел.
«Борей» останется здесь, стражем холодных вод,
Хранителем тайн, что никто не поймёт.
А я выхожу из рейда, сжимая в руке трофей,
Цена выживания — в шрамах на теле и в памяти дней.


Ледокол…
Среди льдов…
Норвинск…
Тарков…